Историческая память: XX век

Государственный террор и политические репрессии в СССР

Бюрократическая логика и память о жертвах

15.10.2014

14 октября в Кремле под председательством Владимира Путина прошло заседание Совета при Президенте по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ). На встрече говорили, в частности, о концепции государственной политики по увековечению памяти жертв политических репрессий.

Заседание СПЧ
Заседание СПЧ. Фото пресс-службы Кремля

«Недавно мы получили правительственный документ, где чёрным по белому написано, что концепция государственной политики в данной сфере не нужна, указ Президента, утверждающий эту концепцию, не нужен, а поправки в закон о реабилитации жертв политических репрессий могут быть поддержаны только после существенной, но не сказано какой, доработки этого проекта, — рассказал президенту председатель СПЧ Михаил Федотов. — При этом поправки согласованы и с Генеральной прокуратурой, и с Верховным Судом. Ещё до того, как появился этот документ, я встречался с Ольгой Юрьевной Голодец, и она мне признавалась, что на собственном горьком опыте знает, какое сопротивление встречают любые инициативы на этом поле. Тем более странно было увидеть её подпись под этим правительственным документом».

Сергей Караганов
Сергей Караганов. Фото: lenta.ru

Подробнее о концепции программы рассказал член СПЧ Сергей Караганов. Приводим его выступление полностью:

«Уважаемый Владимир Владимирович! Дорогие коллеги!

Я выступаю от имени постоянной комиссии нашего Совета по исторической памяти. Она представляет вам концепцию государственной политики по увековечению памяти жертв политических репрессий. У этого документа, Михаил Александрович говорил, очень нелёгкая судьба. Несколько лет тому назад мы совместно с большим коллективом историков, правозащитников разработали и представили тогда Президенту Медведеву проект программы по увековечиванию памяти жертв.

Информационные документы об этой программе были посланы Вам, тогда премьер-министру. Программа была в целом поддержана, а вокруг неё разыгралась острая дискуссия, которая в немалой степени способствовала её популяризации, нравственному взрослению нашего общества. Хотя, конечно, нас и критиковали. Смысл программы, как и нынешней концепции, очень прост. Страна не может полноценно развиваться, россияне, русские – в полной мере уважать себя как народ, не похоронив павших, не увековечив память многих миллионов лучших своих сыновей и дочерей, ставших в прошлом, страшном для нас веке, жертвами политических репрессий. Очень трудно, и это мы чувствуем, уверенно идти в будущее, не осознавая в полной мере того трагического опыта, который был пережит страной, когда ей была навязана утрата преемственности культурного опыта, разрушилась связь между поколениями, традиционные нравственные и этические нормы.

Более двух лет тому назад на одном из наших заседаний Вы выпустили распоряжение о подготовке федеральной целевой программы по этому вопросу. А дальше началась история, достойная пера Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина. Сначала программу перепихивали из одного ведомства в другое, не зная, куда её посылать. Потом отдали в Министерство культуры для отработки, а оно просто не справилось или не захотело справиться. Продлевались сроки исполнения, и чуть ли не за день до окончательного срока исполнения было направлено письмо о том, что такая программа нецелесообразна вообще.

Понятно, что обществу, государственным органам, бюрократии был дан совершенно неправильный сигнал. Конечно, работа продолжалась без Министерства культуры. В Москве построен большой музей ГУЛАГа, который будет иметь общенациональное значение, завершается формирование экспозиции. На Бутовском полигоне, который Вы посещали и который, я знаю, произвёл на Вас сильное впечатление, идёт работа по созданию музея памяти служителей всех церквей – первых жертв политических репрессий. Там большие бюрократические трудности, но они преодолимы, будем просить об их преодолении Администрацию и Вас. Публикуется и распространяется в школах в качестве обязательного чтения подготовленная Натальей Дмитриевной Солженицыной по Вашей просьбе или Вашему указанию сокращённая версия крупнейшего произведения нашего последнего русского гения Александра Исаевича Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ». Ознакомление с этой книгой миллионов школьников имеет, наверное, историческое значение, оставит след в поколениях, как оставили «Война и мир» и «Севастопольские рассказы». Развёртываются новые информационные порталы, в том числе даже и прообраз будущего гигантского портала, мы его сами сделали.

Но случались и неприятности благодаря именно отсутствию понятной позиции государства. Одна из наиболее ярких – это, конечно, история, когда был чуть не погублен один из самых значимых памятников жертв политических репрессий – музейный комплекс «Пермь–36». Спасибо представителям руководства Вашей Администрации, которые по Вашему указанию вмешались и после нескольких заходов спасли этот музей.

Мы долго думали, как активизировать государственную работу над увековечиванием памяти. Денег нужно немного, если они вообще нужны: их можно собрать, пустив шапку по кругу. Нужен сигнал обществу и бюрократии, что государство, Президент понимают необходимость продолжения активизации работы по увековечиванию памяти жертв.

Поэтому мы подготовили просто новый документ, концепцию госполитики в этой области и предлагаем рассмотреть вопрос о возможности утверждения этой концепции Вашим указом. Нужно политическое решение, разумеется – после возможной правки этого документа в Администрации. И просим утвердить ответственным за исполнение этой концепции какое-нибудь добросовестное ведомство или высшего государственного чиновника.

И последнее, уже от себя. Мне горько, что во многих столицах даже союзных наших, стран бывшего СССР стоят памятники жертвам политических репрессий, а у нас только закладной камень. Памятник нужно поставить. Нет у нас и памятника жертвам Гражданской войны, всем: красным и белым».

Владимир Путин и Михаил Федотов. Фото пресс-службы Кремля
Владимир Путин и Михаил Федотов. Фото пресс-службы Кремля

«Конечно, странно, что у нас здесь, в Москве, до сих пор не решён вопрос с увековечиванием этих жертв. Надо, конечно, это сделать, — сказал в ответ на это выступление президент Владимир Путин. — А что касается федеральной целевой программы, на первый взгляд, выглядит, конечно, несколько комично. В своё время Дмитрий Анатольевич поддержал, будучи Президентом, а потом, когда стал премьером, Правительство завернуло эти предложения. Вы знаете, это проявление всесилия бюрократии. Есть определённая логика бюрократическая, здесь совершенно Дмитрий Анатольевич ни при чём. Я уверен, что он за то, чтобы сконцентрировать внимание на решении этих проблем. Вопрос в том, что в недрах различных ведомств – устойчивое мнение по поводу того, что нельзя бесконечно расширять федеральные целевые программы. Это первое. А второе – что есть отдельные вещи, которые требуют особого внимания и могут быть наиболее реализованы по направлениям деятельности: в образовании, в культуре и так далее. Поэтому цель – не забыть эту тему, не свернуть её вообще. А как лучше организовать эту работу – различные мнения борются между собой. Но это совсем не значит, что сама идея ФЦП полностью умерла, давайте к этому обязательно вернёмся и вместе подумаем».

Михаил Федотов предложил «другой вариант решения этой проблемы» — проект концепции государственной политики в сфере увековечивания памяти жертв политических репрессий. «У нас есть такая форма нормативно-правового регулирования – через концепции или основы», — пояснил Федотов.

«Давайте, мы прямо сейчас можем договориться с Вашим участием, с участием коллеги Караганова, — ответил Владимир Путин. — Я сформулирую поручение и Администрации, и Правительству так, чтобы вы вместе нашли оптимальное решение этого вопроса, чтобы мы двигались, а не просто бесконечно спорили, как это сделать, потому что пора начинать делать».

Добавить комментарий

Особая благодарность Михаилу Прохорову за поддержку и участие в создании сайта.