Историческая память: XX век

Государственный террор и политические репрессии в СССР

«Люди умеют любить друг друга, оказывается». Два дня «Последнего адреса»

25.05.2015

Журналист Сергей Пархоменко, один из авторов «Последнего адреса», в своём блоге описал два дня работы проекта, суть которого — установить памятные таблички на домах несправделиво репрессированных в советское время людей.

Сергей Пархоменко

Сегодня опять большой рабочий день в «Последнем адресе». Завтра на четырех московских домах появится еще семь памятных знаков.

Ну и с утра мы с завхозом «Мемориала» Валентином Анатольевичем грузим в машину генератор, стремянку, дрель, коробку дюбелей и шурупов и едем по завтрашним адресам. Надо встретиться с заявителями и с представителями жильцов домов, с которыми вели переговоры, в каждом случае выбрать место для мемориального знака, все примерить, подготовить. А завтра уже торжественно откроем.

В последнее время нам везет: собираются большие семьи, выходят люди, живущие в доме. Смотрят, молчат, думают, детям объясняют, что это и зачем… Завтра вот, у дома в Старопименовском переулке ждем семейство Бекзадянов: едут из Карабаха целым кланом, а встречает их заявитель, написавший нам о двух своих прадедах, — Сергей Бунтман.

Еще один из четырех адресов сегодня — в Красностуденческом проезде, это уже далеко от центра Москвы, возле Ботанического сада. Тут среди новостроек и страшноватых пятиэтажек начала 70-х сохранился старый дом, некогда принадлежавший Сельхозакадемии. Элла Артуровна, дочь агронома и почвоведа Артура Яковлевича Буша, расстрелянного в феврале 1938-го, живет здесь до сих пор.

Пока мы с Валентином Анатольевичем возились со своим генератором и с дрелью, она взяла у меня из рук табличку, отошла в сторону, постояла там, потом отдала мне, ушла.

Завтра все семейство Бушей будет тут.

Последний адрес

А еще сегодня другой был случай.

На Новинском бульваре, буквально об стенку с американским посольством, — знаменитый дом Наркомпроса РСФСР. Здесь последний адрес инженера Константина Константиновича Стриевского и врача Моисея Григорьевича Гуревича. Пока сверлим свои восемь дырок, из соседнего подъезда выбегает взбешенная пара и сразу срывается на крик: «МЫ ЗАПРЕЩАЕМ! У НАС ЕСТЬ СВЕДЕНИЯ ИЗ ФСБ: ЭТИ ТАБЛИЧКИ — ТОЧКИ ТАЙНОЙ КОНЦЕНТРАЦИИ АНТИПУТИНСКОЙ ОППОЗИЦИИ!»

Мы с Валентином Анатольевичем столбенеем.

Неужели правда из ФСБ? Из самого ФСБ?

Истошная дама развивает успех: «ПОКАЖИТЕ ПИСЬМЕННОЕ РАЗРЕШЕНИЕ С ЛУБЯНКИ! ОТ КГБ!»

В ответ на мой вопрос, правда ли, что КГБ у нас управляет городом, почему-то тонко и пронзительно кричит «Милиииииициияяяяяяя!» Потом зачем-то свистит в два пальца… Из за спины ее возникает пьяноватый мужичок, — типа, супруг, — тянет ручки к моей груди…

Поскольку «письменного разрешения с Лубянки» у нас и в самом деле нет, я уже готов свернуть наши провода и собрать наши утлые дюбели с шурупами. «Последний адрес» не терпит воплей и скандалов. Нет — так нет. Не хотите — мы никуда не не спешим. У нас впереди — вечность.

Но тут появляется Светлана Артемьевна Микоян, старшая по подъезду, твердым голосом сообщает, что за установку табличек подписались жильцы всех квартир, за исключением вот этой вот одной-единственной громкосвистящей почитательницы «разрешений с Лубянки». В общем, никуда она нас с места не отпускает и требует закончить наше дело.

Окей. Заканчиваем. Закрепляем по месту две таблички «Последнего адреса». Когда завинчиваем последний шуруп, появляется вызванный свистательницей-лубянисткой полицейский патруль.

Объясняем младшему сержанту Филиппову и водителю-полицейскому Гуляеву, в чем дело, и что нам тут надо. Те нас вежливейшим образом расспрашивают о подробностях, осматривают наши мемориальные знаки и заключают: «Ну что, дело хорошее. И таблички красивые. Вопросов нет». Вот они, на фото — двое разумных, рассудительных патрульных. Говорят с другими жильцами дома, вышедшими на шум и подтверждающими свое согласие с нашей «диверсией». А борцы с «тайной оппозицией» фотографироваться предусмотрительно отказались.

Уезжаем, успокоенные.

А вслед нам звонит отважная Светлана Артемьевна и говорит, что бдительная разоблачительница «точек концентрации тайной оппозиции» поехала с полицейскими в участок. Донос писать.

Ну, поглядим, что завтра будет, когда тут внуки Стриевского и Гуревича соберутся…

Интересным все-таки занятием оказался этот «Последний адрес». Поучительное такое дело. С размышлениями.

Последний адрес

Это как раз тот дом, где вчера был адский скандал по поводу того, что знаки «Последнего адреса» — это на самом деле «точки тайной концентрации антипутинской оппозиции».

Ну вот она, оппозиция сконцентрировалась. Две семьи — инженера Стриевского и юриста Гуревича. Во главе с Лидией Константиновной, дочерью арестованного тут Стриевского, которой уже 85.

Две семьи сегодня соединились в одну, семьдесят восемь лет спустя.

Последний адрес

Теперь в Старопименовском переулке. Семья Бекзадянов приехала из Армении. Заявителем был Сергей Бунтман. Он и сказал сегодня слово о двух своих дедах…

Последний адрес

Теперь Вспольный переулок, неподалеку от Спиридоноаки. Тут последний адрес художника Романа Семашкевича и офицера Дмитрия Саттерупа.

И внуки приехали. И правнучка одна. И вышло из дому несколько сегодняшних жильцов. Под дождем постояли все вместе.

Последний адрес

На окраинах Москвы до сих пор живут дворами. Открывать вместе с нами табличку в память агронома Артура Буша пришли соседи. Из других подъездов старого «сельхозакадемического»дома, из домов напротив.

У Артура Буша живы пятеро детей от двух браков. Всем сильно за восемьдесят. Все были сегодня тут.

Кстати, окна квартир, где жили два автора доноса, по которому Артур Буш был арестован и расстрелян, тоже отсюда видны. Нам их тоже показали. Один из доносчиков занял место Буша — стал директором Музея почвоведения. Так одним двором жизнь и прожили.

Последний адрес

Проснулся сегодня утром так, как почти уже привык просыпаться за последние годы. С ощущением какой-то беды, надвигающейся неотвратимо. Со смутным чувством, что окружен какой-то тяжелой, тупой, безнадежной злобой, подступающей со всех сторон.

А потом провел изумительный день. Полный грустного, но ясного и яркого чувства. Люди умеют любить друг друга, оказывается. Люди переживают друг за друга, радуются друг за друга, вместе скорбят, вместе вспоминают важные вещи, вместе думают о лучшем, вместе в него верят.

Четыре адреса — четыре необыкновенные встречи. Каждый раз по-другому. И каждый раз незабываемо.

Вот за этим — «Последний адрес». А вовсе не за тем, чтобы какие-то железяки по стенкам развешивать.

Как я рад.

Последний адрес

 

Добавить комментарий

Особая благодарность Михаилу Прохорову за поддержку и участие в создании сайта.