Историческая память: XX век

Государственный террор и политические репрессии в СССР

«Вятлаг»: спектакль о советском лагере и в пользу российского арестанта

16.08.2013

Хабаровчане и гости города стали зрителями документального спектакля «Вятлаг», который прошел в ТЮЗе 23 июля. Борис Павлович, руководитель «Драматической лаборатории» рассказал перед спектаклем об истории его создания и о документе, на котором он основан. А после — говорили о России, об эмиграции, о политике и гуманизме.

 Спектакль Вятлаг

Спектакль написан по дневнику Артура Страдиньша. Эти заметки о неполных трех годах (1941-1943), проведенных им в Вятском ГУЛАГе. Документ этот уникален: подобных в мировой истории насчитывается единицы, ведь всем известно, что в лагерях категорически запрещено было что-то записывать, а хранить – тем более. Артур обменивал табак на полезные вещи, а на бумаге для самокруток писал короткими предложениями о том, что видел и слышал. Тайком на нарах, почти без сил. Сегодня его записи — один из самых ярких документов в истории репрессий прошлого столетия. Дневник обладает колоссальной силой достоверности. Сохранить его удалось великим чудом. В 1943-м Артур смог передать свой «табачный пакетик» одному амнистированному русскому неполитическому заключенному. Так малая часть дневника – 147 листков — оказалась на свободе и спустя 70 лет в новой форме нашла своего зрителя.

«Вятлаг» больше похож не на полноценный спектакль, а на читку пьесы. Визуальный диалог со зрителем, многозначительные паузы и характерный латышский акцент – вот, собственно, и вся постановка. Декорации в спектаклей нет, не считая стоящих на сцене стола и пары стульев. Весь спектакль актёр был в белой рубашке и черных брюках, и только в середине спектакля надел лагерную телогрейку. Но скромное количество актеров и практически полное отсутствие реквизита позволяют сосредоточиться на главном – воспоминаниях реального человека, который, проведя 10 лет в нечеловеческих условиях, выжил и сохранил в душе несокрушимую веру в Бога, любовь и доброту. Его внутренний мир не знал границ, обозначенных колючей проволокой Вятлага.

«Лагерная жизнь бедна на события«, — сказал Борис Павлович, руководитель «Драматической лаборатории» перед началом «Вятлага». Как и записи Страдиньша. Становится страшно, когда понимаешь, что воспоминание о скудной пайке в 500 грамм хлеба и 400 грамм каши вызывает у рассказчика больше эмоций, чем констатация смерти кого-то знакомых. «В день умирали человек по 10. Могилу капали большой бригадой, иначе бы не справились. Вот так один за другим люди из моего уезда шли отдыхать в местные леса», — скорее, со смирением, чем с равнодушием пишет Артур. Во время спектакля зрители молчали, напряженно вслушиваясь в каждое слово, и «шикали» на фотографов. После громом разразились аплодисменты и не смолкали пару минут.

«Дневники лежали у меня несколько лет: я попросту не знал, что с ними делать. Впечатление произвели сильное, но совершенно было непонятно, как с ними работать. Этот текст совершенно не требовал сценического воплощения, а познакомить людей с ним хотелось. Но год назад тема политических заключенных оказалась моей личной. 5 сентября 2012 года к нам на занятие в «Драматургическую лабораторию» не явился студент Лёня Ковязин: его посадили в машину и увезли в Москву в СИЗО. Леонид оказался в числе тех двенадцати, кого выбрали в качестве образцово показательных арестантов по «делу 6 мая». И, начиная с 5 сентября, вплоть до сегодняшнего дня он находится в заключении. До сих пор ему не вынесен приговор. Было уже более десяти заседаний, и каждый раз суд утверждает одну меру пресечения – нахождение под арестом«, — рассказал зрителям ТЮЗа Борис Павлович.

Леонид Ковязин – аккредитованный журналист, фотографировавший митинг на Болотной площади и за это пойманный как «участник массовых беспорядков». Артур Страдиньш – латышский крестьянин, секретарь национальной латышской партии, что в итоге и стало поводом обвинить его в «участии в контрреволюционной организации». Судьбы этих разных людей настолько похожи — вот так рождается документальный театр.

Помимо самого Бориса Павловича, играет  его жена жена — Ольга Павлович. Она не произносит реплик, и лишь внимательно наблюдает, тяжело вздыхает и несколько раз исполняет грустные латышские песни. «В этом спектакле всё настоящее. Здесь нет артистов: я – режиссер, Ольга – художник. Сцену недолюбливает, но ради этого спектакля вышла«, — отметил Борис Павлович.

Вход на спектакль был свободным, но те из зрителей, у кого было желание и возможность помочь, оставляли средства. Кто сколько мог.

«У меня есть такая идея: играть «Вятлаг» везде, где я буду оказываться. Деньги, собранные от показов спектакля, — это реальная помощь для Леонида и его семьи в оплате многочисленных адвокатов. Единственное, что действительно может изменить ситуацию, — мы, как деятели культуры, должны создавать общественный резонанс.  Дело в том, что в Кирове, как и в Хабаровске, всем на всё пофиг. Ты живешь с полной уверенностью в том, что тебя это никогда не коснется, и вдруг твоего коллегу и друга увозят… Тут дело не в количестве арестованных, а в том, что сам прецедент существует«.

Зрители то и дело одобряюще кивали головами, а у одной из девушек вырвалось: «Как страшно жить!»

Как говорил Борис Павлович, сейчас мы так часто видим несправедливый суд, мы привыкли говорить: «Нет дыма без огня». То есть, либо нам приходится признать, что вокруг творится черт знает что, либо посчитать, что раз их посадили в СИЗО, значит, они что-то натворили. Но вторым способом мы просто снимаем с себя эмоциональную ответственность за суть дела.

От обсуждения спектакля почти сразу перешли на «дело 6 мая». В итоге так углубились в споры о политике, что Борису Павловичу пришлось отметить: он против революций и проповедует «непротивление злу насилием».

Леонид Ковязин — актёр, журналист, единственный из всех обвиняемых жил не в столице, а в Кирове. Там и задержан 5 сентября, этапирован в Москву. Находится в СИЗО-4 «Медведь». Обвиняется по ч.2 ст.212 УК РФ — «участие в массовых беспорядках», максимальный срок — 8 лет. Суть обвинения — перевернул 6 туалетных кабинок. Признал, что помогал двигать кабинки (которых, согласно фото и видео, было всего 3). Объяснил это желанием защитить людей от нападавшего на них ОМОНа. Участником массовых беспорядков себя не считает.

Адвокат Ковязина Руслан Чанидзе предоставлял суду поручительства от кировских деятелей культуры. Главный редактор газеты, где работал Ковязин, неоднократно предлагал внести за него залог 750 000 рублей. На суде 28 ноября было представлено множество рекомендательных писем от журналистов и редакторов разных СМИ.

Анна Мартынова

 

Источник: ИА ХабТАЙМ

Добавить комментарий

Особая благодарность Михаилу Прохорову за поддержку и участие в создании сайта.