Историческая память: XX век

Государственный террор и политические репрессии в СССР

Как НКВД уничтожил семью Нечаевых

11.10.2014

Старшие братья Нечаевы родились и выросли в Забайкальском городке Троицкосавск (ныне Кяхта), расположенном тогда на границе с Китаем, а ныне граничащим с Монголией.

О родителях, практически, ничего не известно. Отец – Илья, служил доверенным торговой фирмы «Баранов и Ко», имел 3 дома в Улан-Баторе. Мать – Александра Федоровна (1869г/р.) — домохозяйка.

Старший, Федор Ильич, (1889г/р.), в 1905 году окончил Городское училище, а затем, в 1909 году Ургинскую школу переводчиков и толмачей. С 1911 года по 1920 год служил переводчиком Заамурского округа пограничной стражи, а затем его направляют в Харбин, переводчиком в Штаба охранной стражи КВЖД, а вскоре зачисляют на должность драгомана Отдела переводов КВЖД. (Должность драгомана предполагала как переводческие, так и дипломатические функции). С 1921 года Федор переведен в Русско-китайский секретариат КВЖД, где занимает различные должности. С января 1930 года, вновь работа на КВЖД — и.о. секретаря Управления КВЖД. Через год – помощник начальника службы переводов, а еще через 4 месяца – исполняет обязанности Начальника этой службы, до своего увольнения, в феврале 1935 года, по состоянию здоровья. В 1936 году переезжает в Москву, где служит в разведуправлении Народного Комиссариата Обороны.

Средний – Василий Ильич (1890 г/р.) пошел по стопам старшего брата: то же училище, та же школа переводчиков и Штаб Заамурского округа пограничной стражи. С февраля 1922 года служит в Русско-китайском секретариате КВЖД, сначала драгоманом, а затем старшим драгоманом. С мая по декабрь 1930 года, находился в командировке в Москве, где участвует в работе Советско-китайской конференции по КВЖД. С января 1931 года по май 1932 года служит зав. Частью переводов иностранной прессы на КВЖД. Новая командировка в Москву – а распоряжение ИНО ОГПУ. 3 августа 1932 года – увольнение по состоянию здоровья.

Федор и Василий женились на сестрах Смиронвых – Анне и Серафиме. Жены никогда не работали, а вели домашнее хозяйство и воспитывали детей. У анны с Федором была дочь Людмила, а у Серафимы и Василия – Галина и сын Борис.

Как видно, биографии братьев схожи, но есть и отличие: если Федор негласно работал на военную разведку, то Василий – на ОГПУ, за что награждался почетной грамотой Коллегии ОГПУ и огнестрельным оружием.

Младший – Александр Ильич, родился в селе Красный Яр, Забайкальской области в 1900 году. О нем известно немногое: окончил Городское реальное училище, а затем проживал в Угре. В 1921 году привлекался к ответственности за службу в Белой армии. В 1931-32 годах, по директиве правительств СССР и МНР административно высылали в СССР советских граждан: торговцев и собственников, проживавших в Монголии. Был выслан и Александр Ильич. В 1932 году, жена Александра, Панна Тихоновна Нечаева, совместно с Серафимой Дмитриевной купили часть дома на подмосковной станции Клязьма, где семья Нечаева — младшего и обосновалась.

В семье Нечаевых была и одна дочь – Любовь Ильинична, 1907 года рождения.

Первым, из рода Нечаевых, был арестован Александр Ильич – 19 января 1933 года. Он, в числе 12 других, обвинялся в том, что «будучи высланы из пределов МНР, за а/советскую деятельность, по прибытии в СССР в г. Москву, создали к-р группировку из числа других высланных из МНР и ставили своей задачей массовый нелегальный побег в Манчжурию и совершение диверсионного акта на Сибирском пути КВЖД».

По постановлению тройки ПП ОГПУ Московской области, двое из этой группы подлежали расстрелу, двое, в том числе и Нечаев А.И. – заключению на 10 лет в ИТЛ, остальные по 3 – 5 лет заключения. По постановлению Коллегии ОГПУ, расстрел заменили 10 годами заключения.

Определением Военного Трибунала Московской области от 27 мая 1957 года, дело в отношении всей группы прекращено за отсутствием состава преступления.

Из протеста военного прокурора Московской области, подготовленного в мае 1957 года, следует, что 8 из 13 осужденных не дожили до реабилитации и, скорее всего, умерли в лагерях. О смерти в лагере Александра Ильича говориться в протоколе допроса брата Василия 17 сентября 1937 года…

После ареста Александра Ильича, его жену, Панну Тихоновну, с годовалой дочерью Людмилой, выслали в Александров, Волгоградской области, где они и проживали до ареста Панны Тихоновны в 1937 году, которую осудил на 10 лет ИТЛ. Дальнейшая судьба Панны неизвестна, скорее всего она погибла в лагере, так как Людмила, в своем заявлении в ГВП в 1957 году писала: «о ней я ничего не знаю до сих пор». Сама Людмила, какое то время после ареста матери, жила у чужих людей, а потом ее взяла к себе сестра отца – Любовь Ильинична…

Их комнату и комнату жены брата в доме на станции Клязьма, занял работник НКВД «г-н Израилевич, который имел квартиру в Москве и наши комнаты использовал на летний период как дачники… Считая, что наши комнаты были заняты означенными гражданами по распоряжению НКВД, мы никаких мер к их выселению не принимали.» Так писали жены Нечаевых в своем иске в Нарсуд Пушкинского р-на МО в самом начале 1937 года.

Сентябрь 37-го оказался для остальных Нечаевых роковым:

9-го арестовывают Василия;

10-го – Анну – жену Федора;

11-го – самого Федора;

17-го — Серафиму, жену Василия.

Следствие, по всем четырем делам, ведет опер уполномоченный 2 отделения 3 отдела УГБ УНКВД Московской области, сержант ГБ Мочнов. Постановления на арест изобличает их с одинаковой формулировкой: » … в том, что он[она] является членом к-р шпионско-террористической группы/организации».

С каждым проводится по одному допросу, в основном касающихся жизни в Харбине и тамошним знакомым, а так же разговорам на встречах в Москве и Подмосковье. Проводятся очные ставки с одним из старейших переводчиков КВЖД Крыловым, на которых ВСЕ отрицают его показания…

Уничтожению органами НКВД семи сотрудников службы переводов КВЖД, в т.ч. и Нечаевых, и их жен будет посвящен отдельный пост.

Второе отделение 3 отдела, работало бригадой – обвинительные заключения по делам Серафимы и Анны, готовит другой сотрудник 2 отделения – мл. лейтенант Лукацкий. Текст обвинения практически идентичный:

1. Проживая в Харбине была связана с враждебным Соввласти элементом и агентами японской разведки/ В Харбине была связана с врагами Соввласти и с агентами японской разведки;

2. Находясь в СССР принимала участие в сборищах шпионско-террористической группы и в обсуждении троцкистских, антисоветских вопросов/ Находясь в СССР участвовала в сборищах шпионско-террористической группы и в принимала участие в троцкистских, антисоветских разговорах.

К сожалению, в архивно-следственных делах Василия и Федора, их обвинительные заключения недоступны. Сотрудники УФСБ по Московской области «закрыли» их в конверты с лживой надписью «Служебная переписка», хотя в описях дел, листы под этими номерами числятся как Обвинительное Заключение. Такое закрытие для ознакомления является прямым нарушением Пункта 1 Указ Президента РФ от 23 июня 1992 г. N 658 «О снятии ограничительных грифов с законодательных и иных актов, служивших основанием для массовых репрессий и посягательств на права человека». Он предписывает «Рассекретить законодательные акты, решения правительственных, партийных органов и ведомственные акты, служившие основанием для применения массовых репрессий и посягательств на права человека по вопросам: организации и деятельности общих и специальных судов, внесудебных органов, а также органов внутренних дел и государственной безопасности в области применения мер государственного принуждения…»

По Постановлению НКВД СССР братья Нечаевы и их жены были расстреляны 21 октября 1937 года.

16 апреля 1957 года Военная Коллегия Верховного Суда СССР реабилитировала Серафиму и Василия «за отсутствием состава преступления». С той же формулировкой, 2 июля 1957 года, реабилитированы Анна и Федор…

Не обошли суровые испытания и Любовь Ильиничну Нечаеву. Ее мужа, Терентьева Петра Павловича, арестовали 20 октября 1937 года. Он обвинялся в том, «… что проводил подрывную шпионскую деятельность, восхвалял жизнь в Харбине и имел тесные связи с фашистскими организациями гор. Харбина». Ему «повезло» — приговорили Петра Павловича к 10 годам ИТЛ, а в 1944 году «скостили» шесть месяцев за «высокие производственные показатели и отличное поведение в быту». Освободился из лагеря 13 апреля 1947 года, но до полной реабилитации, в 1954 году, жить в Москве не имел права и, трудился в городе Ухта, Коми АССР.

Дело Нечаева Александра Ильича

Дело Нечаевой Анны Дмитриевны

Дело Нечаева Василия Ильича

Дело Нечаевой Серафимы Дмитриевны

Дело Нечаева Федора Ильича

P.S. Я помню Любовь Ильиничну и Петра Павловича. Они дружили с семьей моего дедушки. На этой фотографии, сделанной на прогулке в парке «Сокольники» в 1957 или 1958 году, Любовь Ильинична (третья слева). Перед ней, маленькая девочка — дочь Людмилы – внучка Александра и Панны Нечаевых…

Добавить комментарий

Особая благодарность Михаилу Прохорову за поддержку и участие в создании сайта.